Битва за урожай

Графика, инсталляции 

2019 год

«Традиция — это передача Огня, а не поклонение пеплу»

Густав Малер

 

Битва за урожай — устойчивое выражение из советского прошлого. Несмотря на весь модернизм времен «серпа и молота» пропаганда борцов за светлое будущее быстро осознала необходимость опоры на традицию, в том числе на традицию героическую. Таким образом «закалялась сталь» одновременно с формированием новой мифологемы, нового эпоса с вождями революции, стахановцами, челюскинцами, позже строители БАМа и покорителями космоса. В унисон с задачами элементарного выживания пришло осознание того, что героизм востребован не только на войне, но и в мирное время, а самоотверженный труд во имя великой цели заслуживает особого почитания с занесением в летопись и пантеон строителей коммунизма. 

При безусловном доминировании культа всесоединяющегося пролетариата, советская мифологема наполнилась неизбежным дополнением в виде восхваления подвига коллективных аграриев, призванных не только покорить природу, поднять целину, но и вынести на своих мускулистых плечах тяготы героической битвы за урожай, битвы за существование. Проект «Битва за урожай» визуализирует это действо сквозь собственную мистифицированную оптику, соединяя эстетику советского аграрного юга и героический эпос архаики причерноморских степей, вбирая в единое содержательное пространство шум табунов кочевников и колес железнодорожных составов. Взгляд на мир из настоящего сплавляет воедино слои предшествующих эпох, разделённых тысячелетиями. Миф, укоренённый в «культурных слоях» самоидентификации народов живуч, вариативен и  способен к трансформации. Так и советская мифологема с её битвой за урожай органично отождествляется с космогонией времён переселения народов, с присущим ей арсеналом средств и образов мировосприятия.

Проект «Битва за урожай» —  это своеобразная «археологическая» мистификация, попытка применить единую мифологическую оптику на мир античный и наше недавнее прошлое. Такая оптика позволяет воспринимать Советский Союз и его эстетическую атрибуцию, минуя свойственные ей априорные идеологические установки. Век сменился, прошлое становится поэтичной метафорой и престает довлеть над настоящим.